Вопрос «кто все эти люди?» в случае «Ночных грузчиков», пожалуй, особенно актуален — в том смысле, что неизбежно возникает интерес, насколько участники ансамбля, который так яростно и пылко отправляет к позорному столбу современное общество и человечество вообще, соответствуют образу, который следует из этих песен. Следует, видимо, примерно некий угрюмый маргинал, закрывшийся от реальности наушниками и капюшоном, глядящий на всех исподлобья, таящий ненависть, погруженный в себя, очень редко улыбающийся. К сожалению или счастью (по мне так второе), Евгений Алехин и Михаил Енотов этому образу не соответствует вовсе. Это веселые и опрятные молодые люди — которые, тем не менее, понимают, что говорят, и готовы ответить за свои слова. Соответственно, я с них за эти слова и спросил. Кажется, это первое полноценное интервью «Ночных грузчиков» вообще — поэтому спросил по максимуму.
— Давайте сначала разберемся с историей и географией — потому что в интернете очень разрозненная информация в этом смысле.
Евгений Алехин (на фотографии слева): Я из Кемерова, он из Казани. «Ночные грузчики» начались в общаге ВГИКа на улице Бориса Галушкина. Мы со Стасом жили в одной комнате, у меня были какие-то тексты, я начал резать какие-то сэмплы…
Михаил Енотов (он же Станислав Михайлов, справа): Неправда! Сначала у нас был жестокий запой (смеется). И однажды мы вытащили на крыльцо общаги гитару с синтезатором, сбросили с 11 этажа удлиннитель, присоединили это все, саксофон даже был. И Женя под музыку читал свои стихи И саксофон даже был. Женя читал свои стихи, написанные еще до «Грузчиков», и вот так все и началось.
Алехин: А «Макулатура» возникла, когда я еще жил в Кемерове. Сперанский был моим одногруппником, и мы что-то вместе писали. И когда уже начались «Грузчики», я ему предложил сделать еще альбом — тем более мы тогда оба жили в Питере, он там учился в аспирантуре, а я просто жил, на стройке работал.
Енотов: Я тоже работал. Два дня (смеется).
Алехин: Что касается концертов, то мы до этого года один раз выступили в Казани, но это совершенно ужасно было. Люди, сидевшие в кафе, кричали: «Включите нормальную музыку!»
Енотов: Ну да, московских клубов мы как-то стремались, нас тут никто не знал — а в Казани договорились через знакомых выступить в нормальном клубе, он называется «Маяковский. Желтая кофта». То есть у нас сначала спросили райдер, все как надо — а потом поставили на будний день, да еще и на 14-е февраля. И вот мы на праздник святого Валентина радовали зрителей своими песнями о любви (смеется).
Алехин: Собственно, и живой состав «Макулатуры» тоже в Казани подобрался. Брат Стаса, он басист, и он сказал, когда мы со Сперанским туда приехали играть вдвоем —вот, мол, я тут пил с трубачом и скрипачкой, они у нас выступят. Ну и мы решили, что будем весь альбом так делать. А потом попробовали еще и с барабанами, а потом Стас еще свои партии на гитаре додумал.
— А откуда у вас вообще изначально взялся именно хип-хоп? То есть других вариантов не было?
Алехин: Так ведь это проще всего. Можно писать о чем угодно и сколько угодно — и петь не надо. Я еще все хочу скримо попробовать делать, но что-то у меня все не получается тексты такие писать — там ведь покроче нужно писать и кричать уметь. Я иногда перехожу на скримо, но получается ужасно — мы это называем «быдловойс» (смеется).
Енотов: Мы хотели отталкиваться от поэзии, от текстов — и резали под них, что попало. Сначала у нас вообще была идея спекулировать чисто на попсовых сэмплах — из группы «Ничья», из «Гостей из будущего». То есть попсу смешивать с жесткими битами. Собственно, первый альбом потому и называется «Танцуй и думай» — мы собирались делать танцевальную музыку, но с осмысленными текстами.
читать дальше
